• ↓
  • ↑
  • ⇑
 
Записи с темой: Фанфики (список заголовков)
16:20 

Фанфик по Pandora Hearts

Автор: Шион-Они
Название: Письма
Фэндом: Pandora hearts
Рейтинг: G
Пейринг: Винсент/Ада
Жанр: гет, angst, POV, drama, эксперимент
Предупреждение: смерть персонажа

Здравствуйте, госпожа Ада.
Прошел уже месяц с нашей с вами последней встречи. Как вы там? Гилберт говорил, что вы по-прежнему ждете меня, все не верите, что я мертв. Впрочем, мой брат не умеет врать, так что неудивительно, что вы не поверили ему, но для вас же будет лучше принять эту ложь и забыть обо мне.
Знаете, госпожа Ада, я действительно благодарен вам за ваши чувства ко мне и за те слова. Слова, которые я всегда хотел хоть от кого нибудь услышать. Вы подарили мне прощение, хотя, даже сейчас я еще сомневаюсь, достоин ли я его? И все же я был тронут вашими словами, нет, даже больше - я почувствовал себя по-настоящему счастливым, когда вы простили меня. Спасибо.
Иногда у меня проскальзывают мысли, что, возможно вы единственный человек, который понимает меня. Смотрите так глубоко, в самую душу и согреваете ее своим теплом и добротой.
Когда мы только познакомились, я думал, что вы ничем не отличаетесь от множества других девиц с которыми у меня были легкие, кратковременные, ни к чему не обязывающие отношения. Этих дам не назовешь "леди", они лицемерны, лживы и пропитаны изнутри желчью и гнилью. Они отлично подходили такому как я. Они использовали меня, я использовал их. Но вы, госпожа Ада, действительно леди и в этом прогнившем высшем обществе вы напоминаете единственный цветок среди множества сорняков. Знаете, вначале ваша искренняя, неподдельная чистота меня по-настоящему раздражала. Просто выводила из себя! Мне хотелось опорочить вас, окунуть в грязь среди которой вы обитаете сами того не осознавая. Мне хотелось, чтобы и ваша чистая, светлая душа стала жалким куском гнили, хотелось унизить, причинить боль, разрезать вас на куски. Наверное вы испугались бы и возненавидели меня, узнай о таких моих мыслях и намерениях. Наверное вам будет очень больно, когда вы прочитаете эти строки, но я хочу хоть один единственный раз быть с вами честным, да и это письмо вы никогда не прочитаете, ведь отправлять его вам я не стану.
Сейчас мне кажется, что эта ненависть к вам возникла у меня лишь потому, что в своей чистоте вы были очень далеки от меня, ведь я навсегда останусь грешником, человеком с насквозь черной душой, тем, кто умеет только использовать и предавать. Кровь с моих рук не смыть - и этот проклятый алый глаз лишь служит очередным доказательством моей вины. Может я даже боялся вас и не только из-за ваших весьма необычных на мой взгляд увлечений, а потому что тьму всегда пугает яркий свет - он ослепляет, а после сжигает дотла.
Но знаете, я действительно рад, что встретил вас. Пожалуйста забудьте обо мне и живите полной, счастливой жизнью. Я действительно хочу чтобы вы были счастливы, но не со мной, а с кем-то другим.
Спасибо за все. До свидания.


Здравствуйте, госпожа Ада.
Поздравляю вас с бракосочетанием. Прошло уже несколько лет с нашей последней встречи. Вы не сильно изменились за это время, разве что очень долго ваши, прежде сияющие радостью глаза, были полны грусти и какого-то немого отчаяния, но теперь прежний блеск вернулся в них и я очень рад этому.
Человек, который смог сделать вас счастливой - дворянин из рода далеко не столь богатого и известного, как род Беззариусов, впрочем, это не имеет никакого значения. Важно то, что после встречи с ним, вы вновь можете искренне улыбаться совсем как когда-то...
Я был рад, когда брат сообщил мне о вашей свадьбе, хотя, признаюсь, где-то в глубине души мне почему-то стало больно. Вероятно я законченный эгоист. Простите, что не смог присутствовать на вашей свадьбе, впрочем, если бы на праздник явился якобы мертвец, боюсь это принесло бы большой переполох...
Мертвецам положено тихо спать в своих могилах и не тревожить живых.
Что ж, еще раз поздравляю, госпожа Ада. Надеюсь этот человек сможет подарить вам счастье.
До свидания.


Здравствуйте, госпожа Ада.
Был сегодня на ваших похоронах. Наблюдал издалека. Ваш муж, дети и другие люди скорбили и проливали слезы по вам, стоя у вашего гроба.
Кажется в этот день что-то внутри меня сломалось, будто вместе с вашей смертью на меня свалился огромный груз и его тяжести я уже не мог вынести. Кажется этот груз раздавил меня, уничтожил окончательно.
Жизнь людей куда короче жизни Баскервиллей. Я всегда это знал, всегда признавал факт того, что однажды это произойдет и вас не станет. Я всегда это понимал, потому и предпочел отдалиться от вас, исчезнуть навсегда из вашей жизни, но кажется и это не помогло. Боль не исчезла и не уменьшилась, а только стала сильнее.
Когда все ушли, я подошел к вашей могиле и оставил для вас букет ваших любимых белых роз, а после еще побыл с вами некоторое время, позволив себе сказать вам то, что хотел на протяжении всех этих лет, то, что вы уже не услышали.
Знаете, госпожа Ада, там, под землей стоило бы оказаться мне, а не вам.


Здравствуйте, госпожа Ада.
Прошло уже сто лет. За эти годы я совсем не изменился, разве что волосы подстриг. Сам правда не знаю, зачем это сделал. Наверное мне, как и Лео, хотелось вместе с волосами стереть память о прошлой жизни и начать все с начала, но, впрочем, это так и не удалось.
За эти годы многое в мире изменилось. Время летит, будущее неотвратимо наступает, а я, как последний идиот, все еще скован своим прошлым. Глупо, не правда ли?
Знаете, ваш брат Оз переродился. Я наконец смог отыскать его и Алису. Память о прошлой жизни еще не полностью к ним вернулась, но Гила они помнят. Впрочем, эти трое словно скованы одной цепью и эту связь не смогла разрушить даже смерть. Мне немного завидно и все же я рад за брата. Я всегда хотел, чтобы Гил был счастлив, и теперь, пусть хоть оставшееся ему время он проведет с теми, кого верно ждал на протяжении этих ста лет.
Возможно в ближайшее время Оз навестит вас, госпожа Ада.
У меня самого осталось не так много времени и возможно сегодня я прихожу к вам в последний раз. Ваша могила ухожена, ваши дети и внуки нередко вас навещают, а я все продолжаю приносить ваши любимые белые розы...
Знаете, госпожа Ада, я часто думаю о том, что было бы, реши я когда-то остаться с вами? Может все же мы смогли бы обрести счастье? Может я совершил ошибку, покинув вас? А может так оно и к лучшему... И раньше, и сейчас - я ничего не мог вам дать, а лишь пользовался вашей добротой. Только брал, ничего не отдавая взамен.
Госпожа Ада, скажите, вы ведь были счастливы? Ваш муж, дети - ваша семья смогла подарить вам то счастье, что я не смог? Впрочем, вы уже мне не ответите...
Знаете, раньше я просто использовал вас, но потом кажется и правда полюбил. Ни раз я говорил вам "люблю", но тогда эти слова были ложью. Жаль, что я уже не смогу искренне вам этого сказать.
Скоро я исчезну, ведь и жизнь Баскервиллей не вечна. Смерть - то, чего я всегда желал. Смерть станет для меня освобождением. И все же сейчас, спустя столько лет, я все же понял, что рад тому, что жил, тому, что я есть. Ведь не будь меня, то и нашей с вами встречи тоже не было бы.
Я лишь надеюсь, что в новом перерождении мне повезет встретить вас снова. Так что до встречи, госпожа Ада.

@темы: pandora hearts, фанфики

16:19 

Автор: Шион-Они
Название: Источник силы
Фэндом: ориджинал
Рейтинг: PG 13
Жанр: гет, психология, angst
Предупреждение: BDSM
Статус: закончен
Размер: драббл

Иногда она думает, что изначально совершила ошибку когда позволила ему стать ближе, когда допустила развитие этих отношений. Иногда она ненавидит себя за это.

В его глазах, когда он смотрит на нее - и тогда, и сейчас - покорность и восхищение. Только ей трудно понять, чем он восхищается? Ей больно от мысли, что он полюбил ее маску - образ, который она старательно создавала на протяжении многих лет. Железная леди, само воплощение силы и уверенности, влиятельная, целеустремленная женщина - великолепная маска для робкого, неуверенного в себе, закомплексованного человека.

Майкл всегда был слаб и не умел скрывать свою слабость. Он тянулся к сильным людям, искал в них то, чего в нем самом не было.

"Посмотри на меня. Я такая же как ты!" - Рейчел хочет сказать ему, прокричать в лицо, что бы он услышал, понял, увидел ее настоящее "я" скрытое за маской, но в то же время она боится это сделать. Боится открыть душу. Боится, что тогда станет ему ненужной. Майкл идеализирует ее, ищет в ней силу, власть. Майкл любит образ. Он точно разочаруется, когда на его глазах этот образ рухнет. Этого нельзя допустить.

Плеть оставляет на коже алые отметины, что после будут ныть и зудеть. Веревка туго сжимает тонкие запястья. С губ парня срывается крик, когда очередной удар сотрясает его хрупкое тело. Он пытается увернуться, дергает связанными руками в тщетной попытки высвободиться. Майкл не любит боль, но в то же время она ему необходима - как наказание, как временное избавление от тяжелых мыслей терзающих изнутри. Он давно признал свою вину, давно понял какую ношу возложил на плечи той, кого любит, однако некоторые ошибки исправить невозможно: иногда мешают обстоятельства, а иногда собственный эгоизм. Майкл всегда был эгоистом.

Рейчел размахивается и вновь опускает плеть на спину парня. Не жалея силы, вкладывая в каждый удар всю свою горечь и отчаяние. Вкладывая свое единственное желание - быть нужной.

Противоречия с каждым днем все сильнее давят. Желание унизить и желание заботиться, страх и неутолимая жажда, любовь и ненависть.

Майкл стоит на коленях, покорно опустив голову. Его спина все еще болит, а некоторые раны кровоточат, оставляя багряные дорожки на фарфорово-белой коже. Майклу нравится роль раба, нравится видеть в Рейчел свою госпожу, свою королеву, своего Бога. Вот только для самой Рейчел эта роль обременительна. Когда Майкл смотрит на нее своим восхищенным взглядом, Рейчел испытывает сумашедшее желание выколоть ему глаза. Она сжимает зубы и резко хватает парня за волосы, наматывая его длинные черные лохмы на кулак и грубо притягивая к себе. Пощечина оставляет след на бледной щеке юноши, но он продолжает натянуто улыбаться.

- Не сдерживай себя, - хрипло шепчет он.

Наивный! Если Рейчел не будет сдерживаться, то либо изобьет его до смерти, либо попросту разрыдается, покажет себя настоящую. А этот кретин продолжает смотреть на нее доверчивым, мутным взглядом. Раздражает.

Ему нужна боль, нужен тот, кому можно подчиниться.

Ей нужно спокойствие, ощущение собственной значимости и тот, кто сможет защитить, оградить от всех бед.

Ей не стоило влюбляться в такого как Майкл, ей не стоило и вовсе связываться с ним, но теперь уже бесполезно сожалеть. Человеческая глупость неизлечима, а любовь - самая большая глупость на которую способен человек.

Рейчел целует парня и ощущает соленый вкус слез на губах, только непонятно, чьи же это слезы - его или ее собственные? Впрочем есть одно правило, которое нельзя нарушить - роль не позволяет: Рейчел не плачет. Она может злиться, ненавидеть, но плакать ей непозволительно.

Он видит в ней Бога, а ей нравится, до боли, до ненависти нравится его одержимость ею. Нравится его худое тело покрытое синяками, нравятся его длинные черные волосы, которые так красиво смотрятся будучи рассыпанными по подушке, нравится его голос - особенно болезненные стоны, крики и беспомощные мольбы. Рейчел нравится властвовать над ним и в то же время эта власть ненавистна. Чем больше власть - тем выше ответственность.

Иногда Рейчел хочется просто обнять юношу и дать волю слезам, уткнувшись в его плечо. Иногда ей хочется сказать ему о том, что уже почти иссякли силы притворяться. Иногда ей хочется, чтобы сильным был он.

Лишь страх останавливает ее. Страх стать ненужной, страх потерять его.

Сейчас он видит в ней Бога. Говорит "люблю", говорит, что счастлив был встрече с ней, говорит, что она необходима ему. Рейчел нравится его слушать, видимо в поговорке "женщина любит ушами" есть доля правды. Рейчел нравятся его слова, его чувства, сколь бы обременительными они ни были. Да и слова Майкла звучат куда лучше, чем слова ее родной матери, вроде " лучше бы ты не рождалась" или "от тебя одни проблемы", "ты камень на моей шее", как часто та любила говорить, нередко подкрепляя слова соответствующими действиями. Рейчел хотела бы забыть эти слова, Рейчел с радостью вообще забыла бы то время - так называемое счастливое детство. Майкл помогает ей забыть, помогает подняться в собственных глазах, хоть и несколько экстравагантным способом.

Ответственность - тяжелая штука. Только сильные люди могут нести этот груз. Иногда Рейчел думает, что когда нибудь сможет стать такой, за какую выдает себя, по крайней мере пока с ней остается ее личный раб, ее личный источник силы.

@темы: фанфики, ориджинал

16:17 

Фанфик по Higurashi no neku koro ni

Автор: Шион-Они
Название: Развлечение.
Фэндом: Higurashi no neku koro ni
Пейринг: Шион/Мион
Рейтинг: NC 17
Жанр: фемслэш, даркфик
Предупреждение: насилие, смерть персонажа, твинцест, кинк, изнасилование, секс с использованием посторонних предметов
Размер: мини
Статус: закончен

Запах крови смешался с запахом пота. Этим терпким, практически осязаемым запахом пропитан каждый уголок подземной тюрьмы семьи Сонодзаки.

Холодный пот струится по телу зеленоволосой девушки распятой на кресте, а липкий страх медленно обволакивает и без того измученное сознание, проникает в каждую клеточку души. Неподалеку от Мион стоял испачканный кровью Сатоко деревянный крест - почти такой же, на каком была сейчас распята сама Мион. Отличие было лишь в том, что крест к которому была прикована Мион был в форме икса, таким образом ноги Мион держались разведенными в стороны и находились в таком положении.

Трупы Сатоко и старика Кимиеши уже были сброшены в яму, но неприятный запах тлена все еще витал в воздухе, заставляя наследницу Сонодзаки морщить от отвращения нос.

Девушка обессиленно подняла голову услышав скрип открывающейся двери и увидев знакомый силуэт сестры в дверном проеме. Шион зашла в помещение и закрыв за собой дверь подошла к близняшке. На ее лице было выражение такой безмятежности, словно это не она совсем недавно с особой жестокостью убила Сатоко. Немного растрепанные зеленые волосы падали на белый халат, а в глубине изумрудных глаз таилось скрытое от других безумие.

- Как ты себя чувствуешь, сестренка? Выглядешь хреново, - насмешливо протянула она, ласково проведя ладонью по щеке Мион.

- Шион, - от бесконечных криков голос девушки охрип и сейчас звучал очень тихо. - Зачем ты это делаешь? Пожалуйста... прошу тебя, остановись.

- Остановиться, говоришь? - зеленоволосая изобразила на лице мнимую задумчивость, а после рассмеялась. - Знаешь, по моему уже как-то поздновато останавливаться, так что остается только закончить начатое.

Потрепав сестру по щеке, Шион подошла к деревянному столу, где лежали различные пыточные инструменты и взяла оттуда обычный нож для разделки мяса.

- В детстве, когда становилось особенно скучно, я бывало ловила насекомых: кузнечиков там или цикад и играла с ними. Знаешь как проходили эти игры? - спросила зеленоволосая, одновременно разрезая на Мион платье.

Девушка отрицательно покачала в ответ головой. Действия сестры пугали ее. Хотя Мион думала, что уже смирилась со своей судьбой, но перебороть окончательно страх ей так и не удалось и где-то в глубине души все еще теплилась надежда, что кто нибудь придет и спасет ее, хотя разумом она понимала, что спасения ждать неоткуда.

- Мне нравилось их мучить. Отрывать конечности например или поджаривать с помощью спичек. Еще было весело иголкой выдавливать кузнечикам глаза. Кстати, знаешь, почему-то когда отрываешь им ноги и суешь в рот, или что там у них? - они всегда как бы пытаются съесть собственную оторванную конечность. Мне всегда казалось это странным... Хотя было бы забавно, если бы и люди съедали свои собственные конечности, - смеясь рассказала Шион, заканчивая с платьем близняшки и любуясь ее исхудалым за несколько дней голодовки обнаженным телом.

Мион молчала из последних сил сжимая зубы когда сестра легонько проводила лезвием ножа по ее коже, совсем слегка надавливая, не пытаясь нанести серьезных ран, а лишь делая маленькие царапины. Это напоминало прелюдию к основному действию, словно Шион подготавливала сестру к большему.

- Наверное уже тогда демон во мне начал проявлять себя, но тогда он все еще спал, - тихо сказала девушка собирая языком кровь из царапины на ключице сестры. - А когда демон проснулся, роль насекомых досталась людям. Сейчас ты как те кузнечики - слабая, беспомощная и заранее обреченная.

Девушка грубо сжала упругую грудь сестры, провела ногтем по затвердевшему от холода царящего в камере, соску. Одновременно играя с грудью Мион, она провела ножом по бедру девушки, на этот раз вонзая лезвие глубже, заставляя сестру глухо вскрикнуть от боли.

- У тебя красивый голос, сестренка. Почаще радуй меня своими криками, - игриво сказала Шион, поглаживая рукой бедро Мион, размазывая кровь по бледной коже.

- Прекрати. Если ты так ненавидишь меня из-за Сатоши, то просто убей! Зачем все это? Пожалуйста...

- Было бы слишком скучно - просто убить тебя. Это не искупит твою вину за Сатоши куна и не удовлетворит демона во мне, - ответила Шион.

Слизнув с лезвия ножа кровь сестры, зеленоволосая положила нож на стол и взяла оттуда несколько средних по размеру гвоздей.

- Сестренка, ты когда нибудь задумывалась о пирсинге? - спросила девушка, безумно улыбаясь. - Думаю тебе бы пошло.

Мион испугано посмотрела на гвозди, которые сестра держала в руке, а после перевела взгляд на Шион. Судорожно сглотнув подступивший к горлу комок, девушка попыталась унять дрожь в своем голосе, но дикий, неуправляемый страх полностью завладел ею, когда Шион подошла ближе и поднесла гвоздь к ее соску. Круговыми движениями водя по напряженной плоти, а после сжав сосок пальцами и немного оттягивая его, попыталась воткнуть в него гвоздь. Мион всхлипнула от боли. Все, что ей сейчас оставалось - плакать и мысленно молиться о скорейшей смерти, об избавлении от мук. Когда Шион поняла, что так ей не удастся совершить задуманное, она взяла со стола длинную среднюю по толщине острую иглу и накалив наконечник иглы с помощью зажигалки, резко проткнула иглой сосок Мион. Крик девушки, полный боли, эхом разнесся по помещению.

- Пока еще рано орать, сестренка, ведь дальше будет хуже, - улыбаясь сказала Шион, покручивая между пальцами гвозди. - Я планирую сегодня развлечся на полную катушку.

Медленно вставив гвоздь в отверстие в соске Мион, девушка усмехнулась и провела пальцем по испачканной кровью груди сестры, а после сделала "пирсинг" в другом соске. Сонодзаки улыбнулась глядя на плоды своих трудов.

Мион безмолвно плакала, мелко подрагивая всем телом. Грудь мучительно болела и эта боль не прекращалась и не ослабевала. Девушка боялась сделать лишнее движение, зная, что это только усилит боль, заставит ее вспыхнуть с новой силой. Сейчас Мион находилась в состоянии тихой истерики и не могла успокоить себя. Она была на грани и оставалось совсем немного до окончательного срыва.

Шион улыбнулась. Ей нравилось видить сестру такой - обессиленной, беззащитной. Сейчас она как никогда, идеально подходила на роль жертвы. По мнению Шион - весь ее вид словно кричал о том, что бы сделать ей еще больнее. Разрушить, уничтожить, сломать, втоптать в грязь - именно такие желания возникали сейчас у девушки, когда она смотрела на свою близняшку. Но где-то в глубине сознания проносились мысли, что это не ее собственные желания, а прихоть демона живущего в ней, в то время, как сама Шион словно смотрела на все со стороны. Безучастная, почти безразличная к происходящему и все же немного... сочувствующая?.. Сейчас Шион не смогла бы точно определить какие из этих эмоций в действительности принадлежали ей самой. Все мысли, все чувства слились в хаотичном беспорядке, оставляя за собой лишь одно желание - разрушать.

Демон полностью завладел ее сознанием.

Сонодзаки схватила сестру за волосы и притянула к себе, а после накрыла ее губы жестким поцелуем, врываясь языком в податливый рот, буквально насилуя его. Руки девушки путешествовали по окровавленному телу сестры, оставляя ногтями на ее коже царапины, грубо сжимая горящие от боли груди. Мион попыталась прекратить поцелуй, за что Шион прикусила ее губу, а после отстранилась.

- Черт возьми... ты просто нечто... даже жалко как-то тебя убивать, - тяжело дыша пробормотала Шион.

- Шион, пожалуйста, - тихо прошептала Мион, сама уже не зная, о чем молит сестру - о спасении или скорейшей смерти.

- Нужно закончить пирсинг, - ответила Шион снова накаляя на огне иглу успевшую остыть за это время.

- Шион, - слезы крупными каплями катились по бледному лицу зеленоволосой, спутанные волосы лезли в покрасневшие от слез глаза.

Когда близняшка опустилась на колени перед сестрой и ласково провела пальцами по ее бедрам, а после коснулась промежности, Мион вздрогнула и рефлекторно попыталась свести колени, забывая на миг, что ее ноги разведены в стороны и крепко прикованы цепями к деревянному кресту. Шион мягко дотрагивалась до ее плоти, проводя пальцами по половым губам, слегка задевая клитор, а после резко убрала руку и поднесла раскаленную иглу к клитору девушки.

Мион кричала - громко, надрывно, истерически, когда игла проткнула ее плоть. Широко распахнутые глаза безумно смотрели вникуда, а тело дергалось пытаясь вырваться из пут. Слезы застилали глаза, а горло болело от бесконечных отчаянных криков. Сжимая кулаки, впиваясь собственными ногтями в ладони, девушка мотала головой и все кричала что-то бессмысленное, несвязное, стонала от невыносимой боли. На какой-то момент ее сознание, словно защищаясь, подарило Мион временное забвение, позволило уйти в спасительную темноту, но девушке не удалось надолго остаться в той темноте - она пришла в себя от резких пощечин и холодной воды, которой Шион облила ее.

Боль все еще пульсировала в ее теле, но уже не так сильно, как вначале, а может Мион просто успела привыкнуть, потому и эта боль перестала быть для нее настолько мучительной. Девушка устало подняла голову и посмотрела на сестру, которая задумчиво смотрела куда-то в сторону.

"Очередную пытку придумывает", - пронеслось в мыслях Мион. Мнимое смирение сменилось истинным. Девушка уже не ждала спасения. Все, чего ей хотелось - вновь погрузиться в ту темноту и желательно навсегда. Лишь бы все поскорее закончилось.

- Наверное пора бы тебя уже убить, - словно желанным ответом на ее мысли, сказала Шион.

На губах Мион появилось подобие улыбки.

Шион подошла к сестре и мягко коснулась ладонью ее щеки.

- Мне жаль, но так надо, - на лице Шион, Мион прочла абсолютное безумие и борьбу противоречий, словно та окончательно запуталась в самой себе. - Я люблю тебя, сестренка.

- Люблю тебя, - шептала она проводя ножом по щеке Мион, а после слизывая кровь, наслаждаясь ее металлическим привкусом. С обманчивой нежностью девушка касалась обнаженного тела сестры, мягко оглаживала живот, бедра, спускаясь ниже. Мион вскрикнула от внезапной вспышки боли, когда Шион дотронулась до ее клитора и слегка дернула гвоздь воткнутый в плоть. Судорожно прикусив губу, девушка с неприязнью ощущала пальцы сестры ласкающие ее лоно, медленно двигающиеся внутри. Все, что чувствовала сейчас Мион помимо боли - отвращение. Невыносимое отвращение от осознания того, что ее насилует родная сестра. От потери большого количества крови у Мион кружилась голова и тошнота подступала к горлу. Она чувствовала, что ее вот-вот вырвет прямо на этот пыльный, запачканный кровью пол.

Вскоре Шион надоела эта нежная пытка и она вытащила пальцы из сестры, заменив их холодным лезвием ножа. Резко двигая ножом в теле близняшки, яростно всаживая лезвие по самую рукоять. Алая кровь окрасила острое лезвие, стекала по нему капая на пол. Кровавыми узорами были покрыты и ноги Мион дергающейся в агонии. Шион безумно рассмеялась любуясь этим зрелищем, доставляющим ей удовольствие равное оргазму. Лезвие резало нежную кожу, превращая плоть в жалкие куски мяса. Сделав еще несколько глубоких движений, Шион вынула нож из расстерзанного влагалища сестры, а после взяла опирающейся о стену толстый железный прут.

У Мион перед глазами все плыло, она была в полубессознательном состоянии. Девушка почти не ощущала своего тела - только мучительную, пульсирующую боль, словно она сама целиком слилась с этой болью. Не было сил говорить, не было сил двигаться, даже каждый короткий вздох проходил болезненной волной по всему телу. Она распахнула рот в немом крике, когда Шион протолкнула в нее прут. С губ сорвался лишь хрип. Прут медленно входил глубже, разрывая внутренности. Девушка словно была посажена на кол.

Вскоре сознание Мион полностью погрузилось в долгожданную спасительную темноту, забрав за собой и страх, и боль, и бесполезные сожаления.



Шион смотрела безучастным взглядом на изувеченное тело сестры распятое на кресте. Ее голова была опущена, остекленевший взгляд широко распахнутых глаз уже ничего не выражал. Застывшая тонкой коркой кровь покрывала все ее тело, окровавленный железный прут торчал из промежности.

Шион не чувствовала как слезы катятся по ее щекам. Где-то там, глубоко, где возможно блуждал ее здравый рассудок, что-то рухнуло - будто была уничтожена последняя преграда, а может сам рассудок окончательно сломался. Девушка тихо хихикала, сама не понимая, что же ее так смешит, но вскоре ее безумный смех стал громче, заполняя собой это пропитанное отчаянием, кровью и запахом тлена помещение.

Последний раз окинув взглядом труп Мион, девушка покинула камеру пыток. Сбросить тело в яму можно и немного позже - сейчас по неизвестным для нее самой причинам, Шион не могла заставить себя это сделать.

@темы: higurashi no neku koro ni, фанфики

16:15 

Фанфик по Maria sama ga Miteru. (не отбеченная версия)

Автор: Шион-Они
Название: Счастье ложное горечью обернется.
Фэндом: Maria sama ga miteru
Пейринг: Сидзука/Симако, упоминание Сэй/Симако
Рейтинг: G
Жанр: джен, фемслэш, hurt comfort, психология, POV

Покой и умиротворение - этими чувствами, казалось бы пропитан каждый уголок академии Святой Лилианы. Где-то за окном слышится шелест листвы и приглушенное пение птиц. Все же это место прекрасно, вот только я ему совсем не соответствую. Сейчас, когда здесь нет никого кроме меня и Сидзуки, я все больше понимаю, что, возможно, скоро мне придется покинуть академию. Попрощаться с привычной атмосферой спокойствия, царящей в особняке Роз, с сакурой с которой связаны мои лучшие воспоминания за время прибывания в Лилиан, с Юми, Йосино и остальными - теми, кого я наверное могу считать своими друзьями. Когда сестра закончит академию мне больше незачем будет оставаться здесь. Слишком много тут напоминаний о ней. Я не знаю, смогу ли дальше находиться в месте, где все напоминает о сестре. Смогу ли избавиться от тоски?..

Роза Канина мягко улыбается и кладет руку на мое плечо. Я не могу долго смотреть ей в глаза, меня не покидает ощущение, что она словно видит меня насквозь, будто смотрит прямо мне в душу. Это пугает и в то же время вызывает какое-то другое - смутное, непонятное мне чувство.

- Ты очень многое держишь в себе и боишься открыть свое сердце, но в то же время ты надеешься, что кто нибудь сможет туда заглянуть - в самые глубины твоих скрытых мыслей, - ее мягкий глубокий голос завораживает. Я вздрагиваю когда Сидзука проводит рукой по моей шее и дотрагивается до щеки.

- Ты сказала, что интересуешься мной, но почему? Потому что я сестра Розы Гигантеи? - стараюсь перевести разговор в другое русло, но еще труднее скрыть свое смущение от ее казалось бы таких простых и невинных действий.

- Это одна из причин. Но, что важнее, я вижу в тебе что-то очень близкое мне самой. Тоже самое я увидела и в Сэй, наверное потому и заинтересовалась ею, - задумчиво ответила Сидзука. - После моя заинтересованность переросла в симпатию и привязанность. Мне захотелось узнать больше о Розе Гигантее, стать ее подругой. Жаль, у нас было так мало времени, а может это просто я слишком долго тянула и нерешалась сделать первый шаг. Наверное всему виной моя нерешительность. Теперь уже поздно об этом сожалеть.

Сидзука на редкость откровенна, но для меня неожиданно то, что она решила открыться именно мне, ведь мы едва знакомы, к тому же разве она не должна испытывать ко мне некую неприязнь, ведь я младшая сестра Сэй, следовательно, Сидзука должна была бы воспринимать меня как соперницу или вроде того.

- В отличие от меня, у тебя, Симако, еще есть время. Если упустишь его - потом будешь сожалеть.

- Что ты имеешь в виду?

- Открой ей свое сердце. Не бойся сказать о своих истинных чувствах.

Для нее все так просто. Если б я и правда могла поступить так, но это слишком для меня. Сестра знает о моих чувствах к ней, знает о моих страхах и переживаниях. Знает, как никто другой. Должна знать. Ведь только ей я смогла всецело открыться. Но так ли это на самом деле? И с каких пор у меня появились сомнения на этот счет? Словно я и правда многого недоговаривала, словно не смогла сказать самого важного...

- Знаешь, для меня пение - это прежде всего способ освободиться, выплеснуть накопившиеся эмоции и в то же время, способ привести мысли в порядок. Пение как будто освобождает меня от невидимых оков и дарует временный покой душе.

- Я чувствую что-то подобное, когда любуюсь цветущей сакурой.

Сидзука улыбается, а в ее глазах читается понимание. Может она и правда видит меня насквозь? Почему-то сейчас это не вызывает тревоги, наоборот, радует.

Она вздыхает поглубже и начинает петь. Ее голос, ее пение - невероятно красивы и в то же время столь печальны.

Пение Сидзуки пробуждает во мне те мысли, о которых я предпочла бы забыть хоть на время, пробуждает те чувства, что, возможно не оставляли меня с момента, как сестра отдала мне свои четки. Еще тогда я понимала, что нам отведено всего лишь пол года. Так мало времени... Слишком мало. Я знала, что через пол года сестра окончит академию и покинет меня, но тогда мне не хотелось об этом думать, я старалась как могла отбросить эти мысли и в какой-то момент мне удалось забыть об этом, удалось полностью раствориться в счастье, которое мне дарила сестра, столь безрассудно и столь щедро, не задумываясь о том, что позже эта щедрость будет только причинять мне боль. Не думая, что ее доброта только ранит меня. Я ведь знала, что счастье ложное горечью обернется.

В этой песне смешалось все - радость, тоска, любовь. Прекрасные в своей откровенности эмоции, которые в этот момент переполняли и мое сердце. Как прощальный гимн по уходящему другу. Уходящему не навсегда, но в то же время навсегда потерянному.

Когда девушка заканчивает петь и оборачивается ко мне, я поспешно вытираю слезы - не хочу, что бы она видела меня такой. А она лишь печально улыбается, подходит ближе и обнимает меня. Мягко гладит по волосам, перебирая пальцами пряди.

- Прости. Я не хотела расстраивать тебя.

- Нет, ты не виновата, Сидзука.

Это не ее вина. Не ее вина в том, что я так зациклилась на этих мыслях. Не ее вина в том, что сейчас я не могу думать ни о чем другом. Не ее вина в том, что с каждым новым днем страх потери становится все сильнее и медленно отравляет мою душу. Это как долгое, пропитанное скорбью ожидание, как смирение перед неизбежным.

Мне страшно. Впервые в жизни я испытываю такой сильный, мучительный, прожигающий насквозь страх.

- Все будет хорошо. Поплачь, тебе станет легче. Не нужно все держать в себе. Освободи себя, - тихо говорит Сидзука и крепче прижимает меня к себе.

Она видит меня насквозь. Она не станет осуждать меня за проявление слабости. Возможно, она чувствует то же, что и я, потому и хочет мне помочь, тем самым как бы помогая себе самой.

Она ведь тоже любит сестру и как и я, теряет ее.

Сидзуке тоже больно.

Скоро она покинет Лилиан, как и сестра. Пройдет время, мы все вступим во взрослую жизнь и все, что останется - воспоминания о счастливом, безмятежном времени проведенном в академии. Останется лишь память о навсегда утеренном счастье. Сейчас одна мысль об этом навевает грусть, но, возможно, в будущем и это чувство исчезнет, оставив после себя лишь равнодушие - как будто ничего и не было.

Но все это будет потом, в будущем, о котором я не хочу думать хотя бы сейчас - слишком болезненны эти мысли. Сейчас, в настоящем - я могу лишь прижаться покрепче к Сидзуке и дать волю слезам, позволить себе эту слабость. Я чувствую как девушка мягко гладит меня по спине, чувствую как дрожат ее руки. Сидзуке тоже больно. Даря мне утешение, она хочет утешить и себя.

@темы: maria sama ga miteru, фанфики

16:13 

Фанфик по сну.

Автор: Шион-Они
Название: Колесо Фортуны
Фэндом: ориджинал
Рейтинг: G
Жанр: джен, мистика, ужасы, POV
Статус: закончен
Размер: мини
Аннотация: Это место закрыто для людей. Лишь немногие могут попасть сюда. Случайно ли или быть может по велению судьбы?

Сегодня пришлось задержаться допоздна на подработке, денег на такси у меня нет, а маршрутки и автобусы в это время не ходят, так что пришлось идти до дома пешком. Шагая по знакомой извилистой улице, я увидела небольшой магазинчик, или скорее ларек из окон которого виднелся тусклый желтоватый свет. По бокам от ларька стояли два больших стелажа с рекламными вывесками. К небольшой деревянной двери вела низкая каменная лесенка. Из помещения раздавался приглушенный звук какой-то джазовой мелодии.

Вообще странно, я ведь живу в этом пригороде уже лет пять и сколько гуляла по этой улице, но никогда раньше не замечала этого места. Если бы его недавно построили, то я наверняка видела бы стройку... Может я просто не обращала внимания на этот ларек?.. Да, скорей всего.

Что-то есть странное в этом месте, но я даже не могу сказать, что именно. Аура этого места какая-то не такая, а еще воздух слишком горячий что ли и чувствуется непонятный пряный запах. Интересно, что здесь продают? Может кондитерские изделия, выпечку? Наверное стоит зайти, если тут и правда продается выпечка, то хоть куплю себе булочку, или еще что, все таки у меня с утра во рту ни крошки.

Какая-то смутная тревога закрадывается в сердце, словно внутренний голос так и кричит "не входи туда!" Списываю это ощущение на свою обычную подозрительность и делаю шаг по направлению к магазину. Интуиция, внутренний голос - бред! Никогда не верила в подобные вещи. Единственное, что может сейчас представлять опасность - маньяки или хулиганье всякое шатающееся по улице ночью. Вот это действительно опасно. Эх, зря я наверное не отпросилась с работы пораньше, а то уже как-то страшновато до дома добираться в одиночку, мало ли что может случиться.

Стучусь в дверь. Подождав несколько секунд, так и не дождавшись ответа, решаю зайти внутрь.

- Прошу прощения, - старинные резные петли неприятно скрипят, когда я открываю дверь, осторожно заходя в помещение.

Оказалось это антикварный магазин. Небольшая комната, где повсюду стояли различные старинные на вид вещи. На стенах висело несколько картин: пара пейзажей, один из которых изображал поляну у реки, а на другом был бушующий океан и корабль еле держащийся на волнах. Несколько портретов, особенно привлек внимание портрет пожилого мужчины с огромным шрамом у переносицы. Взгляд у этого мужчины на портрете был какой-то пугающий - слишком жесткий, суровый и слишком пристальный.

Также внимание привлекли красивые, наверное очень дорогие вазы, кресло из розового дерева с мягкой обивкой, старинные часы, подсвечники. На одном из столов покоились несколько телефонов прошлого века, позолоченный телескоп и большой глобус. Рядом лежала колода карт таро и картонная таблица знаков зодиака. На другом столе я заметила фарфоровые статуэтки ангелов, неподалеку от них стояла открытая большая деревянная музыкальная шкатулка из которой доносились тихие звуки какой-то красивой мелодии.

На стене висели старинные самурайские катаны, а неподалеку от них пара ружей и арбалет.

Все же это довольно странный магазин. А может это мне только так кажется, потому что я никогда раньше не была в таких магазинах. Интересно, а куда запропостились хозяева этого ларька, продавцы? Не страшно им магазин открытым оставлять, а самим уходить? Обворовать ведь могут...

Мой взгляд скользнул по помещению и приметил еще одну картину на которой был изображен тот же человек со шрамом на лице и пугающим взглядом, но на этом полотне мужчина стоял возле маленького мальчика на вид лет семи. Оба были одеты в одежду девятнадцатого века.

Наверное пойду я, не вижу смысла тут слоняться. Поздно уже, а мне еще как-то домой надо добираться по этой темени. Надеюсь не нарваться на маньяков или хулиганов.

Когда я уже подошла к двери собираясь покинуть магазин, как сзади меня послышался голос.

- Что Вы здесь делаете? - обернувшись, я увидела маленького мальчика. Мелькнула мысль, что я уже где-то его видела.

- Я просто зашла посмотреть. Я и не собиралась что-то красть, ты не подумай, - смущенно ответила я, почесывая затылок. - А ты здесь помогаешь родителям?

Мальчик опустил взгляд, неловко переминаясь с ноги на ногу. Он казался встревоженным.

- Я жду папу, - ответил он. - Вам лучше поскорее уйти, тетя.

- Ну так я уже ухожу, - улыбнулась я, махнув рукой на прощание, но когда я попыталась открыть дверь, она оказалась заперта. Я дернула в другую сторону, но открыть не получилось.

Я обеспокоенно посмотрела на мальчика.

- Прости, ты не мог бы мне помочь? Кажется дверь заклинило.

Теперь уже мальчик казался не на шутку напуганным и его страх передался и мне. Я подошла к пацаненку, но он лишь отшатнулся от меня, словно от разряда тока.

- Тебе нужно уходить. Если не уйдешь, то ты тоже... Папа разозлится, - его голос дрожал, а взгляд выражал подленный ужас.

- Послушай, может тут есть черный ход, откуда я могла бы выйти? Да не бойся ты так, я ничего тебе не зделаю, - я улыбнулась, в дружелюбном жесте кладя руку на плечо мальчишки, но тут же отдернув ее. Мальчик был холодный как лед. Почему-то это еще больше напугало меня. Да что тут, черт возьми происходит?

- Папа всех забирает. Они все здесь. Ты тоже здесь останешься. Он накажет меня за то, что я пустил тебя... Теперь он точно меня накажет. Если ты уйдешь, он не узнает... Ты должна уйти, если не хочешь что бы он наказал и тебя. Папа будет очень зол, - бормотал мальчик обхватив себя руками за плечи.

Я сглотнула подступившую к горлу слюну и попыталась еще раз открыть дверь. Дверь не поддавалась. Забыв о приличиях, я попыталась выбить дверь, но похоже, та была слишком крепкой. Панический страх прокрался в душу, парализуя тело. Я не понимала, почему мне так страшно, что хочется плакать, хочется бежать отсюда подальше? Почему руки так вспотели? Находясь в плену неуправляемого ужаса, я схватила со стола статуэтку и бросила ее в окно, надеясь разбить его. Но и это не удалось. Неужели тут и стекла настолько прочные? Я попыталась выбить окно ногами, но казалось, что я бью не по стеклу, а по каменной стене. Я поняла, что оказалась в ловушке. Я не знаю, как выбраться отсюда, я напугана до смерти, а тихое бормотание мальчишки только раздражает еще больше.

Обнаружив в кармане джинсов мобильный телефон, я надеялась вызвать полицию, или хоть кого нибудь, кто мог бы спасти меня. Радовало то, что сеть была доступна. Набрав номер, я поднесла трубку к уху, но не услышала гудков - вместо них послышался громкий, странный звук, заставивший меня нажать на отбой.

Что-то было не так. Происходило что-то совсем уж странное.

Еще раз бросив взгляд в окно, я увидела за окном пару молодых людей неспеша идущих по улице. Подбежав к окну, я резко заколотила по нему кулаками и закричала, в надежде, что они услышат меня, но, казалось, что мои крики не достигают их ушей. Хотя один из юношей обернулся и посмотрел в мою сторону. Он смотрел прямо на меня и я обрадованно громче закричала.

- Помогите мне! Эй! Вы видите меня? Пожалуйста помогите мне!

Парень долго смотрел на меня, но потом отвернулся.

- Что-то случилось? - донесся до меня голос его попутчика.

- Ничего. Просто показалось, что я услышал чей-то крик, - ответил парень.

- Наверное просто показалось.

Парни пошли дальше, а я продолжала в бессилии колотить окно и звать на помощь.

- Это бесполезно. Они могут услышать, но не увидят, - уже спокойно, даже несколько флегматично сказал мальчик.

- Заткнись! Выпусти меня отсюда! - огрызнулась я.

- Не могу. Дверь закрываю не я и открываю их тоже не я.

- О чем ты?

- Все решает папа.

За спиной послышался гул, словно какой-то огромный массивный предмет упал на пол. Свет в комнате начал мигать. Мелодия из шкатулки казалось стала громче и теперь буквально резала слух. Предметы в комнате затряслись словно при землетресении. Послышался звук журчащей воды и шелест листьев, который после заглушил звук бушующей воды и завывание ветра. Подняв взгляд я увидела, что картины будто ожили. Пейзаж с изображением реки и поляны, и пейзаж с тонущим кораблем... А мужчина на портрете смотрел на меня своим пристальным, прожигающим насквозь взглядом. Неожиданно я вспомнила про полотно на котором был изображен этот же мужчина вместе с мальчиком. Тут и пришло осознание, что мальчик на картине это тот самый с которым я говорила минуту назад.

- Папа пришел, - тихо сказал мальчик.

Неожиданно комната перестала трястись, а свет полностью погас. Я вскрикнула от страха. Спустя несколько мгновений, свет включился, а когда я открыла глаза, передо мной стоял высокий пожилой мужчина со шрамом на переносице. Я отшатнулась от него, но он крепко сжал мое запястье и притянул меня ближе. Его темно-синие глаза казались черными, их взгляд заставлял все тело покрываться мурашками, столько в нем было злобы, жесткости и какой-то безумный, маниакальный блеск.

- Добро пожаловать, леди.

- Пожалуйста отпустите меня, - попросила я, едва сдерживая слезы.

- У нас давно не было гостей. Надеюсь вы приведете сюда своих друзей и знакомых.

Мужчина кивнул мальчику, будто давая какой-то знак, и тот быстро подошел к столу и взял оттуда колоду карт таро, а после поднес ее отцу. Мужчина вытащил оттуда карту и вложил ее в мою руку.

- Вам выпало "Колесо Фотруны". Это значит, Вам стоит ожидать перемен в своей жизни. Или может, это Колесо Фортуны привело Вас сюда?

Мужчина открыл дверь, а я все сжимала дрожащей рукой карту и все не могла понять, что происходит. Мальчик помахал мне рукой, но с его лица не сходило скорбное выражение, словно он... сочувствовал мне?

Когда я вышла за дверь, то неожиданно погрузилась в темноту.


Открыв глаза передо мной предстала моя комната. Я лежала на кровати. Значит произошедшее было только сном? Взглянув на часы, я поняла, что мне стоит поторопиться, иначе я опоздаю в колледж.


Позже, идя по той самой улице, я так и не смогла найти тот магазин. Мелькнула мысль, что все же это магазин из сна, так что, очевидно, что его не могло быть в реальности.

Послышался звонок телефона и я полезла за ним в карман. Вместе с телефоном я вытащила из кармана карту таро. Где-то неподалеку послышалась знакомая мелодия из музыкальной шкатулки и я почувствовала, что позади меня кто-то стоит, но обернувшись никого не увидела. Лишь слова мужчины из сна все крутились в голове:

"Вам выпало "Колесо Фортуны". Это значит, Вам стоит ожидать перемен в своей жизни."

Сейчас мне трудно понять - приснилось ли мне все случившееся или же это было реально? А может я до сих пор сплю?

Кажется, я так и не смогла выбраться из того магазина. Возможно, я все еще там.

@темы: фанфики, мои сны

16:12 

Конец Света

Автор: Шион-Они
Название: Конец света
Фэндом: социальные сети
Рейтинг: G
Жанр: джен, hurt comfort, повседневность, songfic
Размер: драббл
Статус: закончен
Примечания: сонгфик на песню группы Слот "Конец света".

Реальная жизнь может казаться прекрасной до тех пор пока есть нечто заменяющее ее, создающее иллюзию яркости. Реальная жизнь может казаться превосходной до тех пор пока есть интернет. По крайней мере так думала Настя - обычная девушка сутками не вылезающая из сети. Затворница, предпочитающая называть себя "хиккикомори" (так красивей звучит, как она считала). Настя вообще считала себя эстетом, истинным знатоком по части красоты и пафоса и простота в ее понятия о красоте не входила.

Жила себе Настя спокойно, не о чем серьезном не задумываясь, убивая столь бесценное время. Частенько впадала от скуки в депрессию и меланхолию. Иногда разбавляла посиделки в сети, чтением книг, просмотром телека и прослушиванием музыки, но все же в основном предпочитала сидеть в интернете. Как и большинство подростков, она в основном зависала ВКонтакте - общалась там с друзьями по переписке, лазала по группам и даже умудрилась влюбиться в одного человека, хотя Настя не была настолько глупа, чтобы рассчитывать на то, что однажды они с этим человеком смогут быть вместе, но это не сильно ее расстраивало. Также она частенько бывала на Фикбуке - читала понравившиеся ей фанфики и сама иногда писала. Любила проходить различные тесты на других сайтах, читать интересные статьи, даже завела себе дневник на Дайри. В общем развлекалась девушка как умела.

Утро (ну, хотя, как, утро - оно начиналось по принципу: когда проснулся, тогда и утро, а Настя иногда просыпалась и ближе к ночи) начиналось с чашки кофе, легкого завтрака, включения компьютера и нервотрепки из-за вечно глючащего модема.

Какие бы не случались проблемы - стоило зайти в сеть, как дела реальной жизни теряли свое значение. Интернет стал столь необходимой отдушиной. И так продолжалось долгое время, до тех пор пока не произошла настоящая беда.

Деньги на модеме закончились и не было пока возможности пополнить счет. Даже не было известно когда появится такая возможность.

Настя уже слышала гул колоколов и похоронный марш, уже понимала, что Армагедон подступает. И все же она была из тех, кто старался до последнего сохранять в сердце надежду и веру в лучшее. Она не привыкла здаваться, одним из ее принципов было - бороться, не смотря ни на что, преодолевать препятствия на пути к победе. Случившуюся трагедию девушка восприняла как испытание, которое надо было пережить, чтобы с новыми силами однажды вернуться к прежней прекрасной виртуальной жизни.

Отвага переполняла ее первые три дня, но на четвертый день Настя почувствовала как ее силы иссякают. Привычная жизнь шла под откос, скука переполняла каждую секунду ее бренного существования. Она просто не знала чем заняться. Пытаясь отвлечь себя, девушка решила начать читать книгу. Поначалу это помогало отбросить тоску по интернету. Когда ей надоело читать, она загнула уголок листа на месте где остановилась и отложила книгу, а после включила телевизор. От невыносимой скуки девушка даже едва не взялась за уборку комнаты, но все же ее состояние на тот момент еще не достигло апогея, чтобы приходить к таким крайностям.

Прошло еще несколько дней. Настя чувствовала себя как наркоман во время ломки. Ей нужна была доза. Срочно. Сейчас же! Сию минуту! Но черт побери, где достать дозу столь необходимого, столь желанного интернета?! Чертов финансовый кризис! Ну почему именно сейчас у нее нет свободных денег, которые можно было бы кинуть на счет? Как на зло и на телефонном счету было под минусом. Казалось выход отсутствовал.

Девушка судорожно обдумывала различные варианты, способы достать денег. Был вариант занять у друзей, но вот только ее друзья были студентами, а у студентов деньги редко водятся. Был вариант найти работу, только вот в поселке где жила Настя, работу было чертовски трудно найти даже взрослому, образованному человеку, что уж говорить об обыкновенной школьнице, по сути неприспособленной ни к физическому, ни к умственному труду, а вечно сидящей на шее родителей. Настя уже даже думала украсть деньги неважно у кого, но и тут была загвоздочка - девушка никогда в своей жизни не воровала и потому, есстественно не знала даже как это делается, да и очередные неприятности заработать не хотелось. Был также вариант заработать своим телом, но тут уже мешала чертова гордость.

Мать должна была получить зарплату ближе к концу месяца, а до конца месяца оставалось две недели. Слишком долго. Через чур долго для человека с конкретной интернет-зависимостью.

Новое утро началось с привычной чашки кофе, легкого завтрака и включения компъютера. В глазах Насти была невообразимая печаль, когда она смотрела в монитор. Больно было осознавать, что сейчас там, в сети, кто-то общается, кто-то проходит тесты, опросы, кто-то читает фанфики, статьи. Кто-то счастлив, но этот кто-то не она. Она совсем одна, словно отрезана от мира, от жизни, будто изолирована ото всех. Столь привычная прежде тишина комнаты, сейчас давила, резала слух, остывший кофе потерял свой вкус, да и не только он - все будто лишилось своих красок. Весь ее мир погрузился в уныние и тоску. На глаза девушки навернулись слезы, губы плотно сжались. О, как бы она хотела сейчас зайти в сеть, увидеть своих друзей, пообщаться с ними, увидеть того самого человека, извиниться перед ним за то, что даже не успела его предупредить о том, что долго будет отсутствовать в сети. Как бы она хотела вернуть те краски, которыми казалось был окрашен каждый день, когда на модеме еще были деньги.

Рухнули декорации, закрылись шторы, зрители покинули зал, а единственный актер остался один в пустом театре - забытый, всеми покинутый, одинокий, несчастный.

Ее мир рухнул. Осталось лишь запустение и темное небо, словно готовое вот-вот придавить своей тяжестью, свалившись на голову. Это был ее личный Апокалипсис, для которого не понадобилась ни атомная бомба, ни какое либо другое оружие, ни что либо еще. Лишь руины остались и ничего более.

Как же мало нужно, что бы человек почувствовал себя по-настоящему несчастным - достаточно просто забрать у него интернет.

Но также мало нужно и для того, что бы осчастливить человека, заставить его снова радоваться жизни. Когда Настя уже почти смирилась со своим безысходным положением, произошло чудо - Настиной маме выплатили зарплату раньше на несколько дней. Держа в своих руках спасительные двести рублей, Настя подумала, что может Бог все же существует и он услышал ее мольбы? А впрочем, какая разница? Невероятно счастливая, девушка со всех ног помчалась к ближайшему магазину, что бы кинуть деньги на счет и уже вернувшись домой, включая компъютер, она не чувствовала тоски, даже вечно тормозящий и глючащий модем не раздражал. Сердце согревала одна лишь мысль о том, что всего несколько щелчков отделяют пустой реальный мир от яркого, полного красок и жизни, мира виртуального, куда она вновь возвращается.

Ее мир рухнул, но смог снова воскреснуть.

@музыка: Слот - Конец света

@темы: фанфики

16:10 

Автор: Шион-Они
Название: Пустой фарс
Фэндом: социальные сети
Рейтинг: G
Жанр: angst, психология
Размер: драббл
Статус: закончен
Аннотация: Их трое в одном чате. Для каждой виртуальный мир незначителен и лжив, и потому больше всего пугает перспектива начать относиться к этим отношениям всерьез.

Однажды было положено начало. Начало бесконечной игры, цели, мотивы которой до сих пор неизвестны участникам сего действия.

Их трое: одна вечно ищет ложь и скрытый подвох, другая бесцельно наблюдает за Первой, впрочем само это наблюдение доставляет ей немыслимое удовольствие, третья же играет свою партию - роль наивного глупца и вечного ревнивца. Зачем ей эта роль? Кто знает.

Роли уже распределены. Кто их распределил - тоже неизвестно.

Лишь здесь в сети они могут вести эту бессмысленную партию, которая тем не менее заняла важное место в жизни каждой. По крайней мере Вторая всегда так думала. Надеялась. Верила, что не ей одной нужно это представление.

Да, верно, просто представление на публику. Здесь Первая может злиться, искать обман, создавать столь прекрасный в своем безумие хаос. Вторая может восхищаться Первой и стараться удержать планку интересного, неглупого собеседника. Третья же может приносить доброту, легкий флер глупости и поддельную наивность. Вернувшись в реальность, они сбросят свои маски, но это не значит, что изменятся полностью, ведь созданный образ постепенно может стать частью их сути, а может так и было с самого начала.

Представление ведь может зайти слишком далеко. И уже невозможно будет различить ложь от правды. Они и так уже забыли о разнице, полностью слившись со своими ролями.

Для Второй, жизнь - не более, чем бесконечная скука. Она и не помнит, когда последний раз чувствовала себя живой. Реальная жизнь стала чем-то ненужным.

Первая мертва. В переносном или прямом смысле - не имеет значения. Ее убили и в реальном мире, и в виртуальном.

Третья же жива, вроде бы. Только она больше Первой напоминает труп.

Очередная партия вновь ведет к неизбежному финалу. Финалу в котором нет места победителям. Третья снова пишет о чем-то мало понятном Второй. Впрочем, Вторая здесь не для того, что бы читать бредни Третьей.

Она просто ждет Первую. Хотя знает, что та может в любой момент уйти с их личной сцены. Ничего, она часто уходит. Страшнее то, что она может не вернуться, навсегда покинуть сеть и тогда игра окончательно потеряет смысл.

Для Второй это давно перешло рамки игры, о чем она ни раз уже пожалела.

Реальная жизнь отличается от театральной постановки. В реальной жизни каждая из них представляет собой совсем другую личность. В реальной жизни у каждой свои заботы, свои приоритеты, свои привязанности. В реальной жизни, которой нет у Второй.

Будь ее воля, она давно покинула бы эту реальность.

Вторая представляет жизнь - такой, какой она хотела бы ее видеть. Такой, какой она никогда не будет. Вторая представляет себя нужной, значимой для того, кому и вовсе нет до нее дела. Иногда Вторая жалеет, что не может полностью уйти в мир грёз. Постоянно приходится возвращаться в реальность.

Вторая забывает правду - иначе не спастись. Тем не менее, даже забывая, она не может ее отрицать. Есть ведь такое понятие, как голос разума. Вторая не может не слышать его.

Быть по-настоящему нужной - несбыточная мечта, лишенная здравого смысла. Все это просто представление, игра, завершив которую, придется отбросить маску в сторону. Здесь никто никому не нужен. Все это просто пустой фарс, наполненный фальшью и лицемерием. Незачем обманывать себя, незачем внушать себе надежду.

Третья снова пишет о чем-то, а Первая оффлайн - знать бы, когда вернется. И вернется ли вообще?

Вторая молчит. Ей нечего сказать, да и говорить не хочется. Иногда она думает о том, что бы покончить со всем этим, но всякий раз что-то останавливает. Наверное банальная глупость.

Она ждет. Она готова ждать хоть вечность, если потребуется. Ждать, что бы потом снова уйти или молча наблюдать, иногда вставляя свои реплики. Ждет ради того, что бы снова погрузиться в отчаяние или напротив, подарить временный покой душе - тут уж зависит от решения Первой. Каким бы оно ни было, Вторая всегда примет его, а Третья снова включит режим собственника. Вторую это лишь посмешит. Что за глупость то? К чему эта ревность? Здесь она никак неуместна. Здесь не может быть ни настоящей любви, ни ненависти.

Хотела бы Вторая и себя в этом окончательно убедить. Пока собственная глупость не добьет окончательно, ведь финал один - пора бы смириться.

Это просто игра. Представление на публику. Здесь нет места никаким чувствам. Здесь нет места надежде.

@темы: личное, фанфики

16:09 

Фанфик по Kyou kara Maou

Автор: Шион-Они
Название: Удачный шанс
Фэндом: Kyou kara Maou
Пейринг: Юури/Сарареги
Рейтинг: R
Жанр: слэш, romance, PWP
Предупреждение: ООС
Размер: мини
Статус: закончен

Горячее дыхание в районе шеи и ощущение прижавшегося к нему хрупкого тела. Шибуя рад тому, что в темноте не видно его пылающих щек, вот только легкая дрожь и сбившееся дыхание слишком заметны. Кто бы мог подумать, что невинная прогулка по Токио закончится таким образом. Кто бы мог подумать, что они с Сарареги застрянут в этом чертовом лифте! Да кто вообще ставит такие ненадежные лифты в супермаркетах?

Темнота и тесное пространство. Четыре стены, отделяющие их двоих от внешнего мира. Возникает ощущение некого дежавю. Юури вспоминает тот момент, когда они с Сарой лежали в гробу, пытаясь скрыться от бунтовщиков. Та же близость. То же смущение. И какое-то еще, пока не совсем понятное ему чувство. Незнакомое. Немного пугающее.

Брюнет гладит друга по спине, стараясь успокоить. Сарареги напуган, что неудивительно, ведь он никогда раньше с подобным не сталкивался. Мир в котором он вырос и прожил все свои пятнадцать лет, кардинально отличается от мира, где родился новоиспеченный Мао. Сара нервно смеется, сильнее сжимая пальцами футболку Юури. Парень никогда не страдал клаустрофобией, но, теперь, похоже, этот страх может появиться. Впрочем, сейчас стоит попытаться преодолеть его и воспользоваться ситуацией. Ведь другого такого удачного случая может больше не предоставиться, если конечно самому его не организовать. Они здесь совсем одни - в тесном помещении, в полной темноте. Отличная возможность заполучить Юури, а эта необычная, несколько откровенная по меркам Сары одежда, которую ему предложила надеть Мико-сан, только сыграет на руку.

Сам же Юури был немного раздражен или скорее слишком смущен, когда впервые увидел Сарареги в женской школьной форме, а вот эксцентричной Мико-сан этот наряд пришелся по вкусу. Как она сказала - Сара выглядел в нем превосходно. Блондин и не стал бы с этим спорить. Смотря на свое отражение в зеркале, он в очередной раз мысленно поблагодарил природу, наделившую его столь очаровательной внешностью. Белая матроска, короткая темно-синяя юбчонка длиной чуть выше колен и белые гольфы. В этом наряде шинзоку ничем не отличался от обыкновенных старшеклассниц. Подлецу всё к лицу - эти слова отлично подходили ему.

- Юури, что происходит? - сейчас блондин и впрямь чувствует некую тревогу, потому и нотки страха в его голосе звучат совсем не наигранно. Впрочем, его величество мао всегда верил его игре.

- Все в порядке, Сара. Не бойся, лифт скоро починят, - отвечает Юури улыбаясь.

- Я не боюсь. Ведь ты со мной, Юури, - шинзоку нерешительно улыбается в ответ и лишь сильнее прижимается к королю демонов.

Юури продолжает ласково поглаживать друга по спине. Ткань матроски такая тонкая, что парень может ощущать сквозь нее тепло кожи Сарареги и выступающие позвонки. Возбуждение накатывает сильнее и брюнет старается выровнить дыхание и усмирить взбушевавшиеся гормоны.

Слишком близко. Слишком жарко. Брюнет поправляет ворот рубашки. Этот жар, эта невыносимая близость, томный взгляд золотистых глаз через стекла очков, его чуть приоткрытые чертовски соблазнительные губы... Этот наряд, кажущийся столь пошлым, вызывающий совсем неправильные фантазии...

- Все хорошо, Юури, - тихо шепчет Сара, нежно проводя пальцами по щеке брюнета. - Никто не узнает, так что...

Его голос словно гипнотизирует, заставляет подчиниться его воле. Или может, шинзоку вновь воспользовался своей силой? Нет, врядли. Здесь, на Земле его сила не действует. Впрочем, не важно. Не имеет значения. Сейчас эти мысли кажутся столь несущественными, как и то, что они с Сарой одного пола и что перешагнув эту грань, им уже не стать, как прежде, друзьями.

Все сомнения летят к черту, когда Юури притягивает блондина еще ближе к себе и впивается в его губы страстным поцелуем. Руки пробираются под матроску и ласково, немного напряженно гладят по спине. Его кожа такая нежная... Юури кажется, что еще немного и он просто сойдет с ума. Этот хрупкий, столь желанный юноша, что сейчас в полном его распоряжении, в его власти; его мягкие губы, тонкие пальцы судорожно сжимающие плечи мадзоку, запах его волос...

Наверное, будь Сарареги девушкой, Юури влюбился бы в него еще при первой встрече. Впрочем, сейчас вопросы половой принадлежности и впрямь кажутся лишь нелепым предрассудком. Но брюнет никогда не стал бы отрицать, что начал испытывать симпатию к Саре с самого начала и даже после его предательства, не смог затушить в себе теплые чувства к блондину.

Теплые чувства, со временем переросшие в дикое, необузданное желание. Раньше это казалось неправильным, мерзким, просто отвратительным. Шибуя как мог, старался избавиться от этих недопустимых мыслей.

Но сейчас в этом нет надобности. Границы между правильным и неправильным стерты.

Мадзоку несколько грубо прижимает юношу к стенке, на миг заметив проскользнувшую на его губах довольную, будто победную усмешку.

"Просто показалось" - думает Юури. Чего только в темноте не померещится!

Осторожно поглаживая плоский живот, грудь, ласково сжимая соски. Вдохнуть запах его шелковистых светлых волос, коснуться губами тонкой шеи.

В темноте слышится лишь напряженное дыхание и шорох одежды.

Юури мягко проводит ладонью по узким бедрам блондина, все нерешаясь забраться под юбку. Тут уже дело не в предрассудках, а в обычной подростковой застенчивости. Брюнет немного растерян, боится допустить ошибку, а тем более, ненароком причинить боль Саре из-за своей неопытности. Но все же, прекратить сейчас было бы еще более глупо. Да и как остановиться, когда столь сильное возбуждение переполняет тело, создает помутнение в рассудке?

- Все хорошо. Не волнуйся, - его слова, его тихий голос успокаивает.

Шинзоку мягко обхватывает рукой ладонь Юури и касается его пальцев губами, посасывает их, игриво проводит по ним языком. Юури судорожно сглатывает образовавшийся в горле комок. Все же происходящее сейчас, кажется чем-то нереальным, будто прекрасным сном.

- Прости, я не знаю... ну, это, как бы мой первый раз, так что, - брюнет сбивчиво пытается подобрать слова.

- Не нужно бояться. Просто отдайся чувствам.

И Юури делает, как говорит он. Самое правильное сейчас - отбросить страх, отдаться желанию.

Тихий вскрик срывается с губ шинзоку, когда пальцы брюнета проникают в него. Первые толчки сопровождаются судорожными всхлипами блондина. Мадзоку крепче сжимает Сару в обьятиях, уткнувшись носом в светлую макушку. Осторожно, боясь навредить, медленно двигает пальцами в теле Сары, подготавливая его. Собственное возбуждение сводит с ума, но мао засталяет себя стерпеть, не сорваться. Чувствуя, что держаться уже почти невозможно, Юури медленно входит в юношу. Сара сжимает кулаки, впиваясь ногтями в ладони. Хоть Юури и старается быть нежным, но проникновение все равно болезненно. Слишком больно, непривычно и даже немного страшно. На глазах шинзоку выступают слезы, он тихо всхлипывает, стараясь сдержать крик.

- Прости, - хрипло шепчет Юури, не решаясь продолжить, боясь сделать лишнее движение.

- Я в порядке, - Сара натянуто улыбается. Боль почти прошла и юноша осторожно подается назад, глубже насаживаясь на плоть брюнета.

Постепенно боль сменяется наслаждением. С каждым движением наслаждение становится все сильнее. Дыхание учащается, а тонкие пальцы блондина судорожно скользят по стенке лифта. Такие непривычные, болезненные и в то же время прекрасные ощущения разрывают изнутри. Хочется освобождения, разрядки. Шинзоку стонет, выгибаясь в руках брюнета. Юури крепко прижимает Сарареги к себе и с последними толчками изливается в юношу.



Свежий воздух, шум от едущих машин и гул голосов. Токио, как и любой другой мегаполис вполне можно было бы назвать неспящим городом. И днем и поздней ночью в нем не затихает жизнь. Кто-то торопится с работы, кто-то просто ищет ночных развлечений.

Юури крепко сжимает руку Сары, но сам боится посмотреть ему в глаза. Мысли путаются в голове и сложно поверить в то, что произошло между ними этим днем. Сложно решить, как же теперь поступить в сложившейся ситуации? Сарареги с подленным интересом рассматривает все вокруг, но мысли его сосредоточены совсем на другом. Кто бы мог подумать, что сама судьба преподнесет ему такой удачный шанс. Теперь осталось только не упустить его и все таки заполучить Юури, а с ним и силу мао.

- Сара, знаешь, я немного неловко себя чувствую, но после случившегося, я думаю... ну... может, - Юури смущенно отводит взгляд и собирается с мыслями. Тяжело вздыхает, прежде чем предложить именно то, что Сара уже очень давно хотел от него услышать. - Давай встречаться.

- Встречаться? Ты хочешь предложить мне быть твоим любовником? - лукаво улыбается Сарареги. Конечно, он и не рассчитывал, что Юури так сразу предложит ему выйти за него замуж, однако от отношений возлюбленных и до женитьбы недалеко, так что этот вариант вполне устраивал шинзоку.

- Да. Если ты не против, - на лице брюнета ясно читается страх и расстерянность. Похоже, события в лифте поставили его в тупик.

- Конечно же не против, - Сара ласково касается пальцами лица мадзоку, заставляя посмотреть на себя. - Знаешь, Юури, я ведь давно этого хотел. Я не жалею о том, что между нами произошло. Нет, я даже рад этому.

Блондин мягко касается губами губ Юури и успокаивающе проводит руками по его напряженным плечам, тем самым словно показывая, что все в порядке, что ему не о чем волноваться.

- Я люблю тебя, Юури, - шепчет шинзоку, прежде чем отстраниться и внимательно посмотреть в глаза брюнета, ища в его глазах ответ на так и не заданный вопрос.

- Я кажется тоже тебя люблю, - смущенно отвечает Юури, а Сара старается придать своей победной ухмылке как можно более невинный вид.

Все пошло именно так, как шинзоку и рассчитывал. Мао с такой легкостью попал в расставленные им сети и теперь ему из них уже не выбраться.

"Теперь ты принадлежишь мне, Юури," - думает Сара, крепче сжимая ладонь возлюбленного.

@темы: фанфики, kyou kara maou

Школа отчаяния

главная